Не стоит стоять спиной к будущему

Прошедшая неделя ознаменовалась такими шагами со стороны дагестанской власти, которые можно охарактеризовать как «хождение в народ» или, выражаясь более брутально, «братание с народом»… Такие инициативы в истории не новы, но всегда становятся приятным сюрпризом.

Багаудин Узунаев

Неудивительно, что и дагестанское общество осталось очень впечатлено ими, а это случается с ним нечасто…

СКРОМНОСТЬ БАХТИЯРА…

В первую очередь, я имею в виду беспрецедентно широко разрекламированную встречу Хабиба Нурмагомедова в аэропорту Махачкалы после не менее широко разрекламированной его победы над Элом Яквинтой. На это событие откликнулись все СМИ Дагестана. Вот, к примеру, как отозвался «влиятельный» «Черновик»: «В своем родном городе, – торжественно объявил он своей специфической аудитории, – боец был встречен в аэропорту двумя тысячами человек, при этом присутствовали руководители Дагестана…». Тут важно каждое слово, ибо названное издание слов на ветер не бросает: каждое из них несет в себе этнополитическую нагрузку и указывает на скрытые расклады в Стране гор…

Я помню примеры, когда первые лица не встречали даже олимпийских медалистов. Например, почти незамеченной осталась победа на летней Олимпиаде 2008 года Бахтияра Ахмедова. И это даже невзирая на некий скандальный фон, столь обожаемый «Черновиком» и родственными ему изданиями. Ведь на самой Олимпиаде Бахтияр, несмотря на блестящую борьбу и поведение, завоевал лишь серебро, но впоследствии, после выявления в крови его соперника Артура Таймазова допинга, золото перешло к Бахтияру.

***

В полном соответствии со своим характером и воспитанием Бахтияр проявил тогда величайшую скромность. «То, что произошло, – сказал он в интервью для СМИ, – для меня стало полной неожиданностью. Я горжусь, что олимпийское золото легло в копилку спортивной славы нашей страны и стало частью большой истории дагестанской борьбы, но это никак не относится к моим личным амбициям. Для меня как для спортсмена это, безусловно, огромная честь, но все-таки есть некоторое чувство неловкости. Все мы – единая борцовская семья, славная своей дружбой. Взаимоотношения с Таймазовым? Мы еще с юниорских лет поддерживаем хорошие отношения с Артуром, это титулованный, заслуженный борец с большой буквы. И я всегда чувствовал как с его стороны, так и со стороны всего его народа братское отношение…».

ПРИЧИНА В ПАПАХЕ?

Тем не менее, несмотря на Олимпийское золото и высокие человеческие качества Бахтияра, первые лица его в аэропорту не встречали. Правда, тогда первым лицом был известный национал-патриот Муху Алиев, но все равно – песни из слов не выкинешь… Все происходило тихо и скромно.

Может, тут все дело в горской овчинной папахе? Может, взойди Бахтияр на пьедестал в ней – его тоже встретили бы в аэропорту первые лица Страны гор? Можно только гадать…

***

Впрочем, любители острых ощущений и запаха крови могут возразить: а что скоро, возможно, МММ тоже включат в Олимпийский вид спорта, и он станет вполне легальным и официальным… Ну да, это тоже известно. Не знаю, не знаю, по мне, это противоречило бы самому духу этих игр, проповедующих мир, добро и красоту. А какая красота, когда два молодых человека оголтело бьются до кровопролития (бывали случаи, когда их уносили из клетки на носилках).

Согласитесь, что такой вид спорта вряд ли может стать украшением древнейших игр, на время которых прекращались даже войны. Сделав ММА частью этих миролюбивых состязаний, то есть, изменив их букву, не изменим ли мы самый дух их, не впустим ли в мирное Олимпийское движение ястребов от спорта, которые в Дагестане также и ястребы от политики? И что-то мне подсказывает, что вскоре мы увидим Хабиба Нурмагомедова в дагестанском парламенте, где очень много его коллег и соратников, изнемогая, служат дагестанскому народу. А что? Разве встреча первыми лицами простого спортсмена не может служить признаком того, что они имеют на него виды уже в политической борьбе? Я думаю, что может, но не буду спорить и с теми, кто исключает такой поворот карьеры Хабиба Нурмагомедова…

И вообще, мне лично было бы приятней, если бы Дагестан начал добиваться мировых успехов в каких-нибудь более интеллектуальных играх. Например, в шахматах. Или, на худой конец, хотя бы в футболе. Но, по-видимому, они еще впереди.

ВСЁ ПОШЛО НАСМАРКУ?

Однако сам факт встречи в аэропорту первыми лицами простого спортсмена, популяризатора овчинной горской папахи, – явление знаменательное не только в рамках спортивного события.

Что я имею в виду? Вы, наверняка, обратили внимание, что назначение первым лицом Дагестана генерала Васильева было встречено в республике неоднозначно. Звучали ворчания: что, мол, зачем это? Разве мы сами не с усами? Почему мы, гордые даги, должны терпеть такое явное проявление т.н. «внешнего правления»? И т.д., и т.п.

Доля справедливости в этих недовольствах есть. В самом деле, ради чего ковались местные кадры в Стране гор? Ради чего старался местечковый патриот Данилов, привлекая в «коридоры власти» своих земляков? Ради чего великий, но пока еще непризнанный поэт Рамазан Абдулатипов выдвинул формулу о «государствообразующем народе»? Для чего было все это, если Кремль одним махом стер все их старания, прислав на воеводство в Дагестан, пусть и очень опытного, но все-таки не местного генерала МВД?

***

Особенно задело горские политические кадры всех проб и калибров, что этот генерал проявил излишние симпатии к Татарстану, к его опыту в экономической сфере. А у Татарстана действительно есть чему поучиться! Но опять же пресловутые горские амбиции не дают нам признать его достижения. Как говорится, лучше быть бедным, но независимым. Тем более – от татар, которые, как известно, хуже даже незваного гостя…

Глядя на поведение и действия этой пары – Васильев – Здунов, закрадывается подозрение, что Васильев, возможно, лишь свадебный генерал на нашем пиршестве прокуроров и силовиков. Все шишки за недавние решения – кадровые или чисто экономические – летят на Здунова, а Васильев как был «белым и пушистым» при своем появлении в Дагестане, таковым и остается. И вообще, «хождение в народ», которое мы с недавних пор наблюдаем со стороны власти, скорее всего, «дело рук» Васильева.

ПОБРАТАЕМСЯ НАВСЕГДА!

Первое или одно из первых таких «хождений» мне довелось наблюдать лично. Это было на праздновании 8 Марта в помещении Русского драматического театра им. Горького. Верно говорят: лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Но я в тот раз и увидел, и услышал г-на Васильева. Я не буду тут пересказывать его поздравление в адрес женщин, хотя оно было замечательно ярким и трогательным, поскольку главным адресатом своих чувств он сделал матерей, свою маму, что сразу же разрушило все барьеры между главой и собравшимися…

Но был в ходе его выступления один эпизод, который поразил меня своей искренностью и, что гораздо важней, глубоко народным пониманием своей миссии руководителя республики. Взойдя на сцену, где, выстроившись цепью, стояли школьники младших классов, Васильев подошел к установленной на ней кафедре. Он уже было собрался начать свою речь, как вдруг как-то замялся, обернулся к детям за своей спиной. Зал насторожился, не понимая смысла этой заминки. Но тут все прояснилось: Васильев подошел к детям и там, где они находились у него за спиной, развел их подальше друг от друга, оставив некий просвет, тоннель. Затем вернулся к кафедре и произнес такую фразу: «Не хочется стоять спиной к будущему…»

Такого нарочно не придумаешь, это плод жизненного опыта, плод глубоких раздумий над жизнью с ее неизбежной сменой времен и поколений. Отдельные люди, какими бы они великими ни были, уходят, покидая этот мир с почестями или без них. А народ – остается. А лучшая часть народа – это дети, юноши и девушки. Поэтому в словах генерала я увидел вот это – понимание роли власти в жизни государства: только та власть сохраняет свой авторитет и любовь народа, которая не становится к нему спиной…

***

Поэтому и в том событии, которое я вначале охарактеризовал как «хождение в народ», видна мудрость генерала Васильева. Приятно, что и Здунов присоединился к нему, хотя, как мне кажется, он – по своим должностным обязанностям и человеческим качествам – был в этом «хождении» в большей степени ведомым, чем ведущим.

Однако, несмотря на всю привлекательность «хождения в народ» дагестанской власти, его нельзя считать окончательным поворотом этих двух сил – власти и народа – друг к другу. Бывали примеры, когда в осознании конституционной истины, что источником власти в стране является народ, власть ограничивалась лишь чисто внешними признаками. Будем надеяться, что в нашем случае все будет не так, и братание власти и народа станет долговременным. А лучше – не кончится никогда.

Республика